Мурахина-Аксёнова, Любовь Алексеевна

Любовь Алексеевна Мурахина-Аксёнова
Имя при рождении:	Любовь Алексеевна Цеппелин (фон)
Дата рождения:	25 декабря 1859({{padleft:1859|4|0}}-{{padleft:12|2|0}}-{{padleft:25|2|0}})
Место рождения:	Мекленбург-Шверин
Дата смерти:	??.10.1919
Место смерти:	Петроград
Библиография

Также: Любовь Алексеевна Мурахина

Имя при рождении: Любовь Алексеевна Цеппелин (фон)

---

МУРАХИНА Любовь Алексеевна [урожд. фон Цеппелин; 25.12.1859 (6.1.1860)*, герцогство Мекленбург-Шверин, Германия — сер. окт. 1919, Петербург], прозаик, переводчица. Дочь мекленбургского подданного. Воспитывалась в частном пансионе в Копенгагене.

Род её отца, происходящий, по рассказам М., от чешских графов Цеппелин (письмо В. В. Розанова М. М. Спасовскому от 30 авг. 1918 — в кн.: Спасовский М., В. В. Розанов в последние годы своей жизни. Среди неопубл. писем и рукописей, Н.-Й., 1968. с. 79). был близок к вея. герцогам Мекленбургским (письмо Спасовского к Э. Ф. Голлсрбаху от 18 дек. 1919, в к-ром он цитирует «Памятную записку» М., — РНБ. ф. 207, N: 90). В юности М. «мечтала об университете, … но родители не пустили даже в гимназию, возя меня с места на место по всей Европе… Эти путешествия принесли мне громадную пользу, но, с другой стороны, не позволили мне учиться систематически, что лишило меня прочного фундамента» (письмо А. Н. Пыпину от 5 мая 1897 — РНБ, ф. 621, No 573, л. 1 об.). Однако М. освоила, по её утверждению, восемь языков, в том числе санскрит.

В кон. 1870-к гг. «потихоньку покинула родительский кров и бросилась в Петербург» (письмо Спасовского). «там жила два года, когда поступила в медико-хирурпгч. академию» (письмо М. в «Вешние воды», 1916, кн. 7/8, с. 222), попала в полит. кружок, принуждена была бежать за границу, к старшей сестре, к-рая была замужем за баварским графом фон Уттеродтомпу Шарффенберг. М. хотела ехать в Швейцарию, в университет, но сестра, вовлеченная в масонство и напуганная этим, отсоветовала, м М. вернулась в Россию, в Москву. Зарабатывала уроками и переводами, так как отказалась от материнского наследства в пользу сестры, а др. наследство уступила отцу, «очень любившему пожить» (письмо Пыпину).

С апр. 1881 по дек. 1902 служила телефонисткой на Моск. центр, станции (с 1889 — почтово-телеграф. чиновник 5-го разряда), в отпусках не была, уволилась по прошению о болезни. «Была верною помощницею двум мужьям, чиновникам; с первым поступила на коронную службу в единственное открытое нам, женщинам, в то время почтово-телеграфное ведомство. Сохранила имя первого мужа, Мурахина, потому что как пенсионерка записана под этим именем, да оно и мое литературное» (письмо М. в «Вешние воды», 1916, кн. 7/8, с. 220). Можайский мещанин Мурахин оказался пьяницей, после семи лет совм. жизни М. «ценою страшных усилий и жертв, ценою унижений, лишения доброго имени и заклейменного попами документа добилась… свободы» (письмо Пыпину) — решением моск. епархиального начальства, утвержденного Синодом, брак был расторгнут и М. навсегда оставлена в безбрачии. М. обращалась с просьбой подыскать ей лит. заработок и этим спасти от голода к Г. И. Успенскому (письмо от 24 дек. 1886 — ИРЛИ, ф. 313, No 195) и к Н. С. Тихонравову (письмо без даты — РГБ, ф. 298, Тих./Н, папка 5, No 71). Со вторым мужем, И. И. Аксёновым, также служащим почтово-телеграф. ведомства, состояла в 1ражд. браке.

Первая публ. М. состоялась, по её свидетельству, когда ей было 17 лет. Но систематич. лит. работа началась в 1890-е гг. с её приходом в издания товарищества И. Д. Сытина, в частности в ж. «Вокруг света».

М. отмечала, что «сорок почти лет работала на литературной ниве в качестве переводчицы, компиляторши и самостоятельной писательницы… 23 с лишком года в журн. „Вокруг света“, для которого перевела, кроме статей переводных, компилятивных и своих собственных — по истории и оккультным вопросам — более 200 книг приложения со всех почти европейских языков: французского, немецкого, английского, датского, шведского и норвежского» (письмо Спасовского).

Среди переводов М., как правило, выходивших в качестве бесплатных приложений к ж. «Вокруг света», — «Дон-Кихот Ламанчский» М. Сервантеса (1899), «Хижина дяди Тома» Г. Бичер-Стоу (1901—15; шесть из-д.; с кратким биогр. очерком М. об авторе и истории создания романа), «Квентин Дорвард» В. Скотта (1904), «Робинзон Крузо» Д. Дефо (1904—15; шесть изд.), «Во дни кометы», «Война в воздухе» и рассказы Г. Уэллса (1909), «Геста Берлинг» и «Иерусалим» С. Лагерлёф (1911), кн. 1—5, 7—9, 11—12 «Собрания сочинений» Дж. К. Джерома (1912). Переводы Сервантеса, Дефо и Бичер-Стоу, по словам самой М., «печать отметила как классические, … и ими … я подняла подписку на журнал с 10000 подписчиков до 60000» (письмо Спасовского). Вероятно, мн. переводы публ. без указания фамилии переводчика, во всяком случае, М. называет в числе переведенных ею сочинений также романы А. Дюма, Э. Золя, Ж. Верна, Ф. Купера, Манн Рида и В. Гюго.

В ж. «Вокруг света» М. публиковала сначала многочисл. компилятивные ист.-геогр. и краеведч. очерки: «Далмация, её города и жители» (1895, No 22—23), «Тунис, его жители и окрестности» (1895, No 35—37), «Из мексиканских нравов» (1896, No 27). «Из африканских нравов» (1896, No 38), «Смчгрна и её окрестности» (1896, No 38—41), «Феодосия» (1896, No 43), «Восстание на острове Кубе» (1897, No 9), «Остров Крит» (1897, No 10), «Марсель» (1897, No 16—17), «Генуя и её окрестности» (1897, No 18—20), «Воспоминание о Марокко. (Из записной книжки франц. туристки, г-жи Бернар д’Аттану)» (1897, No 30—31), «Балеарские острова» (1897, No42—46), «Барцелона» (1897, No 47), «Остров Порто-Рмко» (1898, No45), «Столица Китая» (1898, No 47), «Озеро Чад» (1898, No 48), «Дочь красного вождя» (1898, No 49) и др.

После 1900 выступила с рассказами на ист. темы — «из первых времен христианства», «из древнеримской придворной жизни»: «Ex oriente lux» (1901, No 50), «Раскаявшаяся преступница» (1902, No 50), «Из мрака к свету» (1903, No 14), «Сила веры» (1904, No 13), «Марик» (1904, No 50), «Государственный перстень» (1905, No 50) и мн. др.

К 1913 у М. формируются не без влияния книг по антич. истории преподавателя Харьков. муж. г-зии В. А. Мелихова и статей В. А. Грингмута устойчивые антисемит, взгляды и убеждение, что «вся всемирная история фальсифицирована…» («Вешние воды», 1916, кн. 7/8, с. 223) историками-евреями (Иосифом Флавием и др.). скрывшими глобальный евр. заговор против мира. В развернутом виде они проявились в 1913—14 в период работы в газ. «Харьков, вед.» и ж. «Мирный труд». В её цикле очерков «Письма к русской женщине» («Мирный труд», X., 1913, No 3—11) определена роль женщины как помощницы мужчины, обязанной исполнять предначертания его разума, и как «подруги», призванной нежностью облегчать тяготы борьбы со «Змием-Злом» (то есть с иудеями и иудо-масонами).

Сквозной темой кн. «Из глубины веков» (часть тиража в виде прил. к ж. «Мирный труд», 1914, No 1—12; отд. изд. — X., 1915), состоящей из семи ист. беллетризов. очерков (впервые опубл. — «Харьков. вед.», апр. 1913 — дек. 1914), является борьба евреев с Римом и христианством как символами законной власти, мирской и духовной. Для соч. М. характерны колоритный этногр. фон и фальсификация изв. ист. сюжетов, в числе её «прозрений» якобы имевшие место злодеяния евреев — убийство Цезаря и Калигулы, изобретение кровавых древнеримских зрелищ и положит, образ Нерона, занятого борьбой с иудеями.

Рецензент (М. А-в — МВед. 1915. 2 июля) писал, что произв. М., «не отличаясь выдающимися худож. достоинствами… все же умеют заинтересовать… увлекательной „фабулой“»", и выделял очерки «Венценосный ипохондрик» («очень интересен») и «Сила веры» («в высшей степени трогательный»).

После закрытия «Мирного труда» (1914) М. становится пост. автором и корреспонденткой ж. «Вешние воды». В 1916 публ. в ж-ле антисемитскую футуристич. фантазию «Грядущее человечества (Из области иллюзий)» (кн. 7/8, 9). В ром. «Пирамида Хеопса» (1917, т. 22—30) введена фигура рассказчика — нем. профессора, раскрывающего своей рус. племяннице «истинный» смысл ист. событии, к-рые трактуются как борьба арийского и еврейского духа в Др. Египте.

Роман представляет собой причудливое соединение мистич. мотивов с приключенч. сюжетом (в духе романов В. И. Крыжановской и «Синагога Сатаны» С Пшибышевского). замешанное на идеях X. С. Чемберлена. Ключевая сцена романа — «экстренное собрание еврейских раввинов» в пирамиде Хеопса 14 нисана (см.: «Вешние воды». 1917, т. 28/29, с. 29). Прототекстом этой сцены является глава «На еврейском кладбище в Праге» из ром. Г. Гедше «До Седана!» (СПб., 1871) — один из ранних вариантов «Протоколов сионских мудрецов».

На египет. материале M. построила гиньоль «Дух — каратель фараонов», и его продолжение — рассказ «Зеленая муха» («Вешние воды», 1918, т.31/32).

Одно из немногих произв. М., не затронутых её болезненными фантазиями, — «быль из недавнего прошлого» «Золотая мечта» (1918, т. 33/34), в к-рой не без легкого юмористич. оттенка описана ловля богатой невесты промотавшим собств. наследство холостяком.

Гл. редактор «Вешних вод» Спасовский нашел в М. единомышленницу, охотно печатал не только её беллетристич. сочинения, но и философствования в эпистолярном жанре, намеревался пригласить её в альм. или сб. «Светлые пути» (не состоялся), наряду с Голлербахом, Н. А. Бердяевым, Розановым, её знакомству с к-рым содействовал. Он так характеризовал её лит. и обществ. репутацию: «Конечно, труды Л. Мурахиной постоянно обрекались замалчиванию — они были не в моде, — были не в почете у нашей либеральствующей интеллигенции и печати. Её знали и любили лишь те, кто не боялся „клейма патриота“ …» (Спасовский М., В. В. Розанов в последние годы своей жизни, Б., [1939], с. 34-35).

В последние годы М. жила в Сергиевом Посаде, очень нуждалась. Розанов, восхищавшийся образованностью М., её юной душой и трогательно-нежными отношениями с мужем, «в одном журнальце живописал её в статейке „Идиллия на краю вулкана“ (то есть революции)» (письмо Розанова в кн.: Спасовский, [1939], с. 36: статья опубл. по рукописи в ж. ВестРХД. 1995, No 3; первая публ. не выявлена). Психол. этюд М. «О В. В. Розанове. Из личных впечатлений» Голлербах включил в свою кн. «В. В. Розанов. Личность и творчество» (П., 1918); переизд. в кн.: «В. В. Розанов. Pro et contra. Личность и творчество В. Розанова в оценке мыслителей и исследователей. Аналогия» (кн. 2, СПб., 1995; сост. и прим. В. А. Фатеева).

Летом 1919, вскоре после смерти мужа, M. переехала к Спасовскому в Петербург, в сент. сильно простудилась, умерла в Евангелич. больнице, всеми забытая.

Источник: М. Н. Золотоносов, Н. Ю. Колосова. Русские писатели. 1800--1917. Биографический словарь. Том 4. М., "Большая Российская энциклопедия", 1999