Текст:Грищенко Наталья. Символы неба (отр.): различия между версиями

Материал из Буквицы
Перейти к навигации Перейти к поиску
(Новая страница: «'''Символы неба''' ''Наталья Грищенко (Отрывки из повести)'' : Файл:ClipCapIt-210112-104839.PNG Меня зо…»)
 
 
(нет различий)

Текущая версия от 05:57, 12 января 2021

Символы неба

Наталья Грищенко (Отрывки из повести)

ClipCapIt-210112-104839.PNG

Меня зовут Алла Семенова и мне неполных пятнадцать лет. Мои родители всегда говорили обо мне: совершенно обычный ребёнок, никаких особых талантов, и я никогда не обижалась. Мне нравилось быть обычным ребёнком, зато живущим с мамой, папой и сестрой, а не каким-нибудь Гарри Потером в неуютном доме нелюбимых дальних родственников. Однако это философия, на самом же деле я поняла, что отличаюсь от всех людей. Когда мы на море играли в «кто дольше продержится под водой», я выигрывала у всех на пляже и выныривала главным образом потому, что мне надоедало сидеть на дне по десять минут и более. А ещё я отлично видела в темноте — знала, куда ставить ногу, и аккуратно перешагивала через все завалы и стопки книг. Так продолжалось лет до тринадцати. Мои способности все улучшались, мастерство оттачивалось. Если мне нравился парень, то он почти сразу в меня влюблялся. В школе я отвечала наугад и всегда получала отличные оценки. Стоило только пожелать и любые мечты превращались в реальность. Кто-то спросит, а почему же тогда родители говорили, что ты обычный ребёнок? Почему ты не стала писаной красавицей, мисс совершенством и гением во всех областях науки? Когда ясно осознаешь, что можешь все, то… не хочешь уже ничего. Нет, все это было — и самая красивая девчонка параллели, и победительница олимпиады по алгебре, но потом все страшно наскучило. Я пожелала, и у меня снова стала обычная внешность: серовато-карие глаза, прямые каштановые волосы, джинсы, рубашка, ботинки на плотной платформе и хвостик на голове. Но полностью вычеркнуть свою необычность не удавалось.

Началась страшная депрессия. Это был как липкий ночной кошмар — что бы я ни сделала, все получалось, и я захотела, чтобы у меня хоть раз в жизни что-то не получилось. Я решила умереть. Вернее, я не хотела умирать так рано и такой молодой, но мне надо было понять, может ли хоть раз не получиться то, чего я хотела.

Я не стала писать предсмертной записки — что я там напишу? И отправилась на поиски подходящей площадки для сведения счетов с жизнью, состоящей из абсолютного счастья. Не очень далеко от школы стояла многоэтажка. Я забралась на крышу — люк, конечно, был открыт, ведь мне так хотелось. Я смотрела вниз и не понимала, зачем хочу умереть. Внизу шумела дорога с оживленным движением. Гудела сама жизнь — может быть, бессмысленная, для кого-то невезучая или несчастная, зато настоящая жизнь. У меня такой не было. Однако я хотела именно этого — обычной жизни с её испытаниями и падениями.

Я спрыгнула. Возможно, перед моими глазами уже начали мелькать некие безоблачные эпизоды, но понять этого я не успела. Что-то случилось. Меня схватили и грубо вернули назад.

— С ума сошла? — рядом стоял какой-то незнакомый парень с пронзительно-умными глазами. Он держал меня за руку сильнее, чем того требовала ситуация чужого самоубийства.

— Отпусти! — взбрыкнула я ногой и от всей души пожелала этому парню самому полететь с крыши. Такой волны агрессии я от себя не ожидала, но она не возымела никакого действия. Парень как стоял, так и продолжал стоять.

— Сколько тебе лет? — спросил он чуть погодя.

— Четырнадцать, — с раздражением ответила я, не понимая, что со мной творится. Мне казалось, что я вся меняюсь, перетекаю во что-то новое и незнакомое мне.

— Таких, как ты, называют счастливчиками. Признайся, любой твой каприз исполняется, не так ли?

Я изумленно кивнула.

— Так почему ты сейчас хотела прыгнуть с крыши?

— Потому что жить стало невыносимо скучно. Когда живешь почти как в сказке, только бессмысленной, рано или поздно перестаешь удивляться всему.

— Вот почему счастливчики обычно кончают плохо… Жизнь ведь такая штука — чем больше дает, тем больше требует назад, а человек не всегда способен что-то отдать…

— Какой же выбор ты мне предлагаешь?

— Да так, ничего особенного. Просто счастливчики почему-то никогда недодумываются до этого сами — действительно захотеть, чтобы это прекратилось. И знаешь почему? Твоя жизнь кажется тебе невыносимой, но отказаться от неё ты боишься.

— Расстаться со своим даром? Да! Я хочу!

Казалось, даже эхо прокатилось над городом. Машины приостановились. Люди подняли головы. Всего на одно мгновение.

— Не так быстро. Ты должна много работать и много узнать, чтобы понять, что тебе это действительно нужно.

— Как тебя зовут? — спросила я.

— Это неважно. Странник. Можешь так меня и называть. Сейчас ты спустишься вниз, к дверям подъезда, и там тебя уже будут ждать. Настя и Виктор.

Я только раскрыла рот, чтобы что-то спросить, но Странник вдруг исчез. Не было вспышки, ничего не бахнуло и не треснуло. Вообще никаких спецэффектов. На крыше осталась я одна. Спрыгивать уже не тянуло. Десять этажей пешком по лестнице вниз — очень мало, когда после них твоя жизнь может измениться…

— …Меня зовут Алла. А кто вы вообще такие?

— Можно сказать, — ответил Виктор, — просто люди. С выдающимися способностями, но не первые в истории. Тебе это должен объяснить Элиен. Он у нас что-то вроде тренера или учителя, который находит нас и помогает со всем этим справиться.

Мы пошли к троллейбусной остановке и высадились перед Домом детского творчества. Я была здесь много раз и знала дом как облупленный. С самого начала меня удивило, что столь таинственный пункт находится в таком обычном месте. Мы вошли в пустую холодную комнату. Настя подошла к стене и… шагнула сквозь неё. Я вздрогнула и посмотрела на Виктора.

— Да не бойся ты! Эта стена-иллюзия, просто картинка для тех, кто верит в её препятствие. Стена находится внутри нас, это наша голова мешает нам пройти сквозь неё.

— Обычная стена, — неуверенно сказала я.

— Не надо напрягаться. Просто подумай — её нет. Знаешь, чем человек отличается от животного? У него есть воображение. Он способен придумать то, чего нет. Электричество, холодильник, рояль. Придумать чувства. Сказки и мечты. А теперь тебе надо придумать что-то, чего не существует на самом деле. Дверь. Разум человека состоит из бесконечных стен и преград. Ты должна избавиться от них и выйти за их рамки.

Я посмотрела на стену. «Ее нет», — подумала я, но червячок сомнения шепнул: «Она есть!» В моей голове столкнулись две противоположные мысли — то, что было, и то, что должно быть. Теперь, от того, что я выберу, зависела моя жизнь… Я шагнула вперед, ожидая, что сейчас треснусь лбом о стену, но стены не было. Я шагнула сквозь неё и оказалась в другом месте…

— …Где я?

— Это просто комната, — ответил мне человек, не очень молодой, седовласый, с темными глубокими глазами. — Меня зовут Элиен. Давай я сам начну разговор… Ещё в раннем детстве ты обнаружила у себя странную способность исполнять свои желания. Ты могла получить все, но выбрала то, что редко выбирают другие, — быть самой собой.

— Зачем меня привели сюда? — задала я давно мучавший меня вопрос.

— Подожди, не забегай вперед. Как ты уже поняла, ты не единственная оказалась такая. Мы стараемся всех найти и объяснить, кто они. Никто ведь не знает, почему время от времени рождаются такие люди, как мы. Я различаю три группы, на которые можно нас разделить: стихийники, способные повелевать какой-то одной стихией (огонь, вода, воздух, земля), странники, предпочитающие вольное плавание, их немного, и счастливчики, у которых все получается, но именно по этой причине они, как правило, несчастны…

— Сегодня я скажу, кто из вас может приступить ко второй части нашего обучения. Настя, Яника, Виктор, Саша и Алла. Можете считать себя второклассниками.

Элиен стоял около окна, на подоконнике которого лежали стопкой пять совершенно одинаковых книг.

— Это, — начал он урок, — книга, написанная для людей с необычными способностями, объясняющая их скрытую природу и назначение. Весь смысл нашего с вами существования…

Я догадалась, что это за книга, Элиен уже однажды вскользь рассказывал нам о ней. «Символы неба». Это была не просто книга, которую можно и забыть… Это была книга сознания. Её нельзя было дать кому-либо прочитать, потому что каждый увидит в ней что-то другое. «Символы неба» состоят из двенадцати частей, но прочитать больше восьми не удавалось ещё никому. Когда мы находим ещё одного человека, подобного нам, появляется ещё одна книга — только для него…

— Для начала, — сказал Элиен, — вы должны научиться открывать её. Тут я подсказать вам не могу. Вы должны это сделать сами. Прислушайтесь к себе. Все-таки это ваша книга, не моя.

Мне вдруг пришло в голову, что я, может быть, ещё не готова открыть её. Но почему книга так называется?

Неожиданно я почувствовала под рукой какое-то шевеление. Я посмотрела и увидела, что моя книга открыта, причем сразу на восьмой странице. Моя восьмерка! На чистом белом листе появилась надпись: «Символы неба» — это книга, которую никто не написал и не…"

— Я правильно поняла, — мысленно перебила я, — что символы неба — это символы моей жизни?

— Да! — проступили буквы. — Попробуй подобрать одно единственно возможное слово для каждого своего поступка, для образа своих мыслей и чувств…

Источник: «Ставропольская правда», 06 мая 2006 г.